Как восстанавливали станицу

1949 год. Станичники провожают земляков на службу в Советскую армию

1949 год. Станичники провожают земляков на службу в Советскую армию

За период оккупации станичному хозяйству был нанесен огромный ущерб, колхозы и предприятия фактически не работали. При отступлении в конце января 1943 года фашисты сожгли здание бывшего реального училища, ныне – школа по улице Первомайской, в подвалах которой оставалось воинское снаряжение.

В первые дни освобождения в станице прошли митинги и собрания по быстрейшему восстановлению разрушенного. В феврале заработала Советская машино-тракторная станция. К апрелю восстановили райпромкомбмнат, райпищекомбинат, мельницы, пошивочные и сапожные мастерские. Начали издавать районную газету «Советская правда».

Быстро восстанавливалась жизнь, с большим вдохновением и энергией работали в станицах и хуторах Советского района. Трудовую славу завоевала тракторная бригада №5 Советской МТС, где бригадиром был Егор Якимович Железняк. 30 апреля 1944 года постановлением крайкома ВКП(б) и крайисполкома бригаде вручили переходящее Красное знамя и присвоили звание «Фронтовая бригада». 11 августа крайисполком принял постановление о распространении опыта бригады Егора Железняка по всему Краснодарскому краю. Жители станицы Советской работали тогда под лозунгом «Наша победа в тылу – это удар по врагу на фронте!». Более 60 комсомольцев выезжали на восстановление разрушенных фашистами городов Краснодара, Новороссийска, Ростова-на-Дону, Армавира.

Летом 1944 года я и мама пошли работать в первую бригаду колхоза им. Штейнгардта. За курганом было поле станичного аэродрома, а за ним бригадный стан. Женщины серпами жали пшеницу и ячмень, вязали их в снопы. Подростки грузили все на подводы и везли на полевой стан. В бригаде стояла паровая молотилка, снопы бросали в нее. Складывали в скирды солому, убирали и отвозили в станичные амбары зерно. Несколько дней обмолачивали колосья зерновых цепами: молотилка не успевала и часто ломалась.

Дальше зерно очищали ручными веялками и грузили ведрами на автомашины для отправки на элеватор в Армавир. Машины были бортовые, и разгружали их тоже вручную, для этого посылали двоих из молодых. Так трудилась молодежь тех лет – днем на полевой работе, а ночью проводниками на сдаче зерна. Пока ехали в кузове на зерне, спали. И обратно – все равно спали, несмотря на тряску в пустых машинах. Тогда не было асфальта, только ухабистые гравийные или грунтовые дороги. Питались в бригаде, ночевали на полевом стане прямо на соломе под открытым небом.

В станице тогда заборов практически не было. Среди домов и огородов вдоль и поперек шли дорожки-тропинки. У нас они вели к бане Веснинцевых. В баню ходили все соседи, топили ее «по-черному» один раз в неделю – в субботу. Сначала парились мужчины, а затем женщины. Подростки заготавливали дрова и все, что горит. Зимой носили из леса сухостой деревьев, летом — с полей сухую траву «перекати-поле», а осенью – «бодылки» и коренья кукурузы и подсолнечника. Этим же топили зимой печки наших хат.

В центре станицы в деревянном сарае рядом с аптекой тогда стоял дизельный генератор. Обслуживал его дед Шевченко, давал электричество в кинотеатр, Дом культуры и некоторые жилые дома. Вечером Шевченко звал нас к себе. Мы же крутимся около сарая, очень интересно, как заводится его одноцилиндровый мотор. Становились человек шесть вдоль ремня и тянули его, маховик начинал вращаться, цилиндр двигался, а дед стоял с факелом и совал его в камеру сгорания. Мотор чихнет пару раз и заработает: «Чах, чах, чах….». Дедушка включал динамо, и в станице появлялся свет. Работал генератор до 12 часов ночи. Без пяти минут полночь дед моргал лампочками три раза, отключал свет, глушил генератор и шел отдыхать.

На месте, где сейчас Дом культуры по улице Ленина, раньше стоял старый рубленый дом. Это была контора колхоза им. Штейнгардта. Вдоль улицы пристроили длинную комнату со сценой – клуб, где проводили танцы и концерты. Во дворе были конюшни, амбары, плотницкая и столярная мастерские. Ближе к улице Комсомольской стояла деревянная покосившаяся кузница. В ней работали кузнецами Степан Коробов и Алексей Тищенко, а молотобойцем — Николай Коробов, мой одногодок и друг.

В декабре, когда закончили пахоту, трактор, на котором я работал прицепщиком, поставили на ремонт, и я оказался свободным. Председатель колхоза Иван Григорьевич Беседин направил меня в кузницу. С декабря 1945 года я уже работал молотобойцем в паре с Тищенко. Ремонтировали бороны, плуги и брички, подковывали лошадей и делали тяпки к весне. Горны горели весь день, не затухали. Все делали сообща, не за деньги, а на совесть. Коробовы работали на одном горне, а мы с Алексеем на другом. Он подковывал лошадей, а я помогал. Тогда лошади были во всех организациях. Работу в кузнице нормировали – отработал день и гуляй вечер, а нам, молодым, того и нужно было.

Трудными были послевоенные годы, особенно 1947-й. Вместо хлеба ели жмых, была введена карточная система на распределение продуктов питания. Но уже в 1948 году колхозники стали получать на трудодни зерно. И жизнь заметно улучшилась. В то время дружно работали и отдыхали. На уборочной по двое суток и более не приходилось спать вообще, и никто не жаловался на трудную жизнь. Как только выкраивалось несколько часов отдыха, все собирались на полевом стане с балалайкой или мандолиной, пели и веселились. Отдыхали, когда шли дожди. Работы временно прекращали. Старшие уезжали на подводах, а молодые снимали обувь, перебрасывали ее через плечо и босиком, с шутками и прибаутками уходили в станицу. Дома мылись, стирали одежду, а вечером ходили в клуб на танцы или в кино.

В Советском районе и стар, и млад свой отдых проводили в станичном парке, где своими силами построили танцевальную площадку. Разложили, укатали и утрамбовали асфальт, предоставленный сельским Советом. Там же, в парке, устроили две волейбольные и городошные площадки для отдыха и соревнований. Ежедневно после рабочего времени и в выходные дни проводились спортивные игры по волейболу, футболу, городкам. А как стемнеет – все шли на танцплощадку. Музыканты с собственными инструментами – гитара, балалайка, мандолина, скрипка, баян. Садились на скамеечки и по заявкам играли вальсы, танго, фокстроты. Молодежь вокруг танцевала и пела. Таких самодеятельных музыкально-танцевальных групп одновременно в парке было несколько. Естественно, получалось соревнование, чья музыка лучше, там и больше танцевальных пар.

Стало традицией на субботниках и воскресниках очищать территорию парка от мусора и сорняков, разбивать и засаживать аллеи и клумбы, устанавливать лавочки для отдыха. У входа соорудили районную Доску почета. Парк огородили кирпичным ограждением и установили памятники В.И. Ленину и И.В. Сталину. Произвели перезахоронение в одну братскую могилу погибших от рук фашистских захватчиков и установили памятник-обелиск.

Для показа собственной продукции, производимой в хозяйствах района, на станичном стадионе выстроили павильоны районной сельскохозяйственной выставки. Осенью 1949 года здесь состоялся первый День урожая. Советская машинно-тракторная станция показала новейшую отечественную сельхозтехнику и экспериментальные образцы. На площади у павильонов колхозы демонстрировали лучшие выращенные сорта сельхозкультур и продуктивные породы животноводства. Лучших передовиков производства награждали почетными грамотами и ценными подарками. Все были уверены — жизнь наладилась и впереди только светлое будущее.

Дорогие читатели! Ждем и ваших сообщений. Свидетельства очевидцев так нужны потомкам, чтобы они знали историю родного края не по сухим данным учебников. Если бы молодежь Украины читала почаще о том, что пришлось пережить людям в послевоенное время, возможно, сегодня удалось бы избежать кровопролития.