Дети войны

Первоклассники 1948 года

Первоклассники 1948 года

Село Новокубанское, 1948 год. На старинно фотографии в память об окончании 1 класса я сижу в нижнем ряду в белом платье. Дети войны… Одеты плохо. Но больше всего о том трудном времени говорят детские глаза – ни искорки, ни улыбки. Постоянное чувство голода. Эти дети хорошо знают вкус каждой травки, корешка, а еще кукурузы, жмыха. И не знают вкуса  хлеба, сахара. Детям, у которых погиб отец, придется идти работать с 6-7 класса.

На фото учительница  Ольга Лукьяновна Пономаренко и директор начальной школы Николай Иванович Верменич. Начальная школа располагалась в нескольких домах по два классных помещения в разных кварталах села. В «кулацких» домах, а вокруг – хаты.

Николай Иванович почти каждый раз посещал уроки пения. В конце урока он предлагал всем встать. И стоя мы пели гимн Советского Союза. Николай Иванович стоя дирижировал и пел с нами. Пел вдохновенно! Его чувство передавалось нам. Мы его очень любили и ждали. Думаю, он был участником войны, и ему хотелось рассказать о ней.

Но тогда никогда не говорили о войне. Мы даже не знали твердо, у кого погиб отец. В школу не приглашались ветераны войны. И слово «ветеран» появилось где-то в 80-х годах. Были участники войны. Они не носили медали, а отдавали их детям вместо игрушек. Не все сохранили боевые награды. День 9 мая был рабочим. И Вечного огня не было. Стоял лишь небольшой памятник расстрелянным в гражданскую войну членам правительства.

Только в районной библиотеке лежали книжки о Зое Космодемьянской, Александре Матросове, позже – о Молодой гвардии.

С четвертого класса были уроки истории. По картине Васнецова мы представляли Куликовскую битву, оружие и доспехи тех лет. Но то было давным-давно.

Память о войне 1941-45 годов для теперешних детей так же далека, как нам Куликовская битва. Теперешние дети – четвертое поколение участников войны. Трудно им представить бравого защитника Родины, слушая старенького дедушку, приглашенного на урок.

Приглашают в школу для беседы и нас, стареньких бабушек, чье детство опалено войной. Меня в том числе. И хочется более доступно рассказать о нашем детстве. Рассказать… лучше бы показать.

И я придумываю наглядность, приношу «мед» нашего детства – рожки колючей акации со сладкой кромочкой. На ночь замочу, вымою. Утром порежу ножницами на кусочки для дегустации.

А еще приношу «хлеб» нашего детства, хорошо сваренные спелые зерна кукурузы. Рассказываю, как выручали нас ягоды тутовника. Мы за ними лазили по деревьям, как жуки по картошке. А дети и не замечают эти ягоды. Значит, не голодно. И хорошо.

Невозможно для наглядности несколько дней покормить детей, отправляя в школу, кукурузной кашей. В то время в школе не было никаких столовых и буфетов. Не отправишь их и с теми «портфелями» — сумками из мешковины… Пусть они и не узнают этого.

Рассказывая школьникам о нашем детстве, я решила придумать еще одну наглядность – детскую коляску для малышей. Не в каждом дворе она была. А если была, то деревянная, выкрашенная отваром луковой шелухи. Без тента над головой, без амортизации и поворотов. С деревянными колесами. Больше похожа на деревянную табуретку, поставленную вверх ногами.

Детская коляска послевоенных лет.

Детская коляска послевоенных лет.

Не просто было найти мастера, который бы сделал такую «прелесть». Но нашла. В Ковалевском детском доме молодой преподаватель  Виталий Николаевич Пучев по моему рассказу-описанию изготовил таки эту мажарку. Спасибо директору Ольге Николаевне Бурдиной, что любезно отнеслась к моей просьбе.

В день семьи в конце праздничной программы на площади перед домом культуры покатали в той мажарке малыша. Всем хотелось покатать и покататься. Малыш расплакался – не хотел покидать коляску.

Теперь коляска – экспонат дома культуры села Ковалевского. Очень хочется, чтобы кто-нибудь  придумал еще что-то для наглядности. Но пусть только эта страшная наглядность никогда не омрачит будущех детей. Вон как неспокойно и тревожно в мире.

В.Я. Любченко, с. Ковалевское