Перевал боевой славы
От истока реки Кубань Уллу-Кама наш путь лежал на перевал Хотютау, расположенный на высоте 3546 метров. С него открывается великолепный вид на Эльбрус, ледник Азау и окрестные горы.
Зеленые склоны, покрытые кустами черники, быстро закончились. Впереди был подъем по безжизненной каменной пустыне. Тропа то и дело терялась, среди расколотых валунов, и мы ориентировались на сам перевал, видневшийся далеко вверху.
Последние метры до перевала Хотютау шли по «живым» камням. Тут даже большие валуны предательски шатались под ногами. А туристические палки превратились в ненужную обузу, которые приходилось нести с собой. Оставить их в этом каменном хаосе не представлялось возможным, на обратном пути можно было и не найти.

Неожиданно каменное месиво закончилось, и мы оказались на ровной площадке перевала Хотютау. Перед нами во всей красе предстал белоснежный Эльбрус. Его громада сияла на фоне безоблачного ярко-синего неба. Хорошо видны были его ледники и пропасти. На склоне лежали зеленые обломки военного вертолета. Неожиданно огромный валун оторвался со склона пропасти, упал на ледник и на скорости покатился по белому снегу вниз, вскоре застряв в россыпи морены.

С перевала хорошо просматривались канатная дорога, станции «Мир» и «Гарабаши», приюты для покорителей Эльбруса. А в бинокль были видны вереницы туристов, в эти утренние часы, спускавшиеся с вершины Эльбруса. Внизу огромным белым покрывалом лежал ледник Большой Азау. Справа от нас возвышалась гора Уллукамбаши с ледником на вершине. Еще дальше виднелась гора Азаубаши. А вдали до горизонта вставали острыми зубцами высокие Кавказские горы.

На камнях и скалах перевала Хотютау прикреплено множество мемориальных табличек. Но здесь все они были посвящены не памяти погибших альпинистов, а героям Великой Отечественной войны, оборонявшим горные перевалы с августа 1942 до января 1943 годов. Эти таблички были принесены сюда туристами из разных уголков нашей страны: Ленинграда и Волгограда, Новгорода и Ставрополя, Черкесска и Владимира. Все они свидетельствуют о защитниках Кавказа, отдавших свои жизни за свободу страны. В то время наши солдаты в суровых горных условиях отражали попытки фашистов перейти через Главный Кавказский хребет.

На перевале Хотютау был опорный пункт фашистских егерей дивизии «Эдельвейс», оборонявший подступы к Эльбрусу. Здесь сохранились оборонительные сооружения и доты. Интересно, что и хорошо натоптанная тропинка из долины реки Кубань к перевалу, по которой мы шли, тоже была сделана фашистами. По ней неприятель на мулах завозил сюда оружие и припасы для организации обороны.


До сих пор в этих местах ожесточенных боев, в камнях и ледниках, находят останки наших и вражеских солдат. Особенно много их стали находить в последнее время, когда ледники стали интенсивно таять, освобождая из ледяного плена свою давнюю добычу. По информации поисковиков, за последние 15 лет на перевалах Карачаево-Черкессии обнаружены останки более 100 советских солдат. Вот одно из описаний таких находок:
«То, что там увидели спустившиеся в трещину, действительно было похоже на какую то чертовщину. Из голубой стены трещины на ребят смотрело лицо советского солдатика накрепко вмерзшего в лед. В ледовом плену противоположной ледовой стены просматривалась голова немца в характерной кепке солдат дивизии «Эдельвейс». По видимому каждый из них в свое время провалился в трещину, а движение массы ледника соединило их в последнем свидании, запаяв навеки в ледниковом плену. Обследуя другие трещины в их стенах кое-где просматривались неясные силуэты, похожие на человеческие тела.

Только при поверхностной проверке группа сразу же обнаружила несколько подобных погребений. Наших, наверное, было больше – ибо здесь стояла часть, личный состав которой впервые попал в горные условия. А противостояли им профессионально подготовленные горные егеря дивизии «Эдельвейс».

Все попытки вырубить изо льда хоть какие-то фрагменты одежды не привели ни к какому результату – лед настолько был крепок, что тупые клювы ледорубов даже не оставляли следа на боковых стенках трещины. Тщательный осмотр ледника дал несколько неожиданных находок: оружие, какие-то мягкие вещи, валенки…».

А вот как описываются трудности и опасности войны на Кавказе в книге «Ведь это наши горы, они помогут нам!»:
«Война в горах… Даже в мирное время горы любить непросто. Они переменчивы, требовательны, суровы. Порой устраивают жестокие экзамены тем, кто дерзнул бросить им вызов. Не всегда и не все выдерживают такие испытания.

Летом 1942-го война здесь была особая, потому что она велась на значительной высоте, среди скал, льда, вечного снега и глубоких трещин. Многие советские парни в тот год попали в горы не из-за любви к ним. Большинство ребят не были подготовлены для войны в заоблачных высотах и впервые попали в горы, где надо было приспосабливаться к новым условиям и сражаться с отборными альпийскими частями врага. Вместо красоты, романтики, ощущения радости победы над собой после восхождения, здесь их ждали фашистские снайперы, засады, труднодоступные скалы, суровый горный климат. Один неосторожный шаг здесь стоил жизни…

В ясную погоду не было спасения от солнца. Болели глаза, от солнечных ожогов в волдырях были лица. В разряженном воздухе некоторым солдатам не хватало кислорода, некоторых тошнило и выворачивало наизнанку. От сползающего ледника, то и дело отваливались глыбы льда, прихватывая с собой защитников Кавказа. Часто сверху неслись камни. Большие и маленькие. Они тоже несли смерть. Часто над головой ухало, раздавался тяжёлый вздох, а затем сползал снежный вал, похожий на пенистую волну штормового моря. Это были лавины, в которых нашли свой последний приют многие безусые бойцы…
В таких непростых условиях гор наши солдаты смогли преодолеть натиск врага и обратили его в бегство. В январе 1943 года Эльбрус и вся эта горная сторона была свободна от фашистов».

Тем временем, пока мы любовались здешними красотами, над горами стала появляться облачная дымка. Она образовывалась на наших глазах прямо над эльбрусскими ледниками. После полудня, как и ожидалось, небо округ Эльбруса стало затягивать облаками, поднялся ветер. Недаром название этой вершины переводится как «гора, вкруг которой крутится ветер» или «гора, которая крутит ветром». Пора было возвращаться. Пока мы спускались вниз в долину Уллу-Кама, Эльбрус совсем скрылся за облаками. А после полудня здесь уже лил дождь.
В это время изменилась и река Уллу-Кам. Из небольшого ручейка, который можно было легко перепрыгнуть, она превратилась в бурный поток, преодолеть который теперь можно было только вброд. Вода из белой стала грязно-коричневой. Только лохматые яки продолжали спокойно жевать траву на горных склонах. Изменения в погоде их совершенно не волновали.

На обратном пути мы решили прогуляться по долине реки Уллу-Езень – левому истоку реки Кубань до погранзаставы. Широкие луга долины были ровно подстрижены стадами лошадей и яков, которые здесь постоянно пасутся. Среди этих природных газонов росли кусты можжевельника. Было ощущение, будто мы были не в глухих горах, а находились в образцовом городском парке.
Посреди долины несла свои белые воды река Уллу-Езень. Свое начало она берет с ледника Хасанкой-Сюрюлген, расположенного на склонах Главного Кавказского хребта, где проходит граница России и Грузии. Белая стена этого ледника была хорошо видна из долины.
Неожиданно путь нам преградил вооруженный пограничник. Как-никак, а мы приближались к государственной границе. Но к леднику мы идти не собирались. Зато хотели набрать воды в источнике нарзана, который бил у подножья горы сразу за погранзаставой. Поэтому, проверив наши документы, пограничник пропустил нас дальше.
Нарзан, богатый содержанием металла, окрасил округу в ржавый цвет. Он бил мощным ключом из большой деревянной колоды, забитой в землю. Как и у каждого источника минеральной воды, вкус и запах у него был специфическим. Набрав воды нарзана, мы пустились в обратный путь к нашему лагерю.
Тем временем склоны Эльбруса затянуло густыми тучами. Видно было, как над каньоном Уллу-Кама (где мы шли час назад) шел проливной дождь. Облака быстро затягивали и долину Кубани.
По пути в лагерь нам встретился примечательный скальный останец, очень похожий на голову великана в шлеме, совсем как в сказке А.С. Пушкина «Руслан и Людмила». Здесь же были развалины какого-то строения, возможно древнего.


Перейдя мост через Уллу-Езень, мы решили освежиться после долгого похода. Глубина реки оказалась небольшой — чуть выше колена, но течение было сильным. Чтобы полностью погрузиться, нужно было лечь плашмя. Водичка была очень свежая, ледниковая, долго не поплещешься. Вместе с водой несло много песка. Интересно было ощущать, как по телу вместе с водой течет песок. Тучи, грозившие нам ливнем, слегка сбрызнули нас легким дождиком. Даже росы на траве не оставили.

Вернулись мы в лагерь еще засветло. Поэтому осталось время пособирать маслята, которые я разведал утром. Их было много в сосновой роще вдоль ручья, стекавшего с соседней горы. Хотя вокруг было сухо и нигде больше грибы нам не встретились. Мне удалось сохранить свою добычу до конца похода и потом пожарить их дома с картошечкой. Было очень вкусно.